АЛЬБИНА ЕРГИНА. ИСТОРИЯ СОБОЛИНОЙ

Елена Александровна Зоммер – известная и уважаемая байкальчанка. Великой скромности женщина, хотя обладает разносторонними талантами. Уроженка Ленинграда, внучка известного художника-графика Всеволода Воинова, с которым годы эвакуации она, будучи маленькой девочкой, провела в Алма-Ате. Там, в 1942 году, Сергей Эйзенштейн снимал кинокартину «Иван Грозный», а Воинов был у него художником по костюмам…


По образованию биолог, долгие годы посвятившая себя защите Байкала, изучению воды, работавшая вместе с мужем Эдуардом Александровичем Зоммером, профес- сиональным кино-фото-документалистом, в институте экологической токсикологии в Байкальске. 


В творческом семейном тандеме сняли серию документальных фильмов об уникальной флоре и фауне Прибайкалья. Эти научно-популярные работы становились призерами международных кинофестивалей. Несмотря на возраст, Елена Александровна много работает и сегодня: ежегодно выезжает в Санкт-Петербург, где занимается классификацией наследия художника Воинова. Елена Александровна сочиняет стихи, издает книги. Одна из последних – «Маленький оазис большой науки», рассказывающая о деятельности института экотоксикологии и его директоре Альберте Бейме. 


А сегодня мы представляем вашему вниманию отрывки из книги, посвященной 45-летию горнолыжного курорта в Байкальске. Благодаря краеведческой работе и вопреки мнению о том, что история курорта начинается только в середине 90-х, Елена Александровна предоставила огромное ко- личество документов, газетных вырезок, фотографий, повествующих о становлении горнолыжного спорта в Байкальске еще с начала 70-х годов XX века. 


К сожалению, в 2016 году книга так и не была издана. Причина банальна – не нашлось средств, хотя горнолыжный спорт и курорт весьма дорогостоящее удовольствие и людей, желающих покататься на лыжах, к нам приезжает немало... Как обычно, сиюминутная выгода затмевает преимущества другого формата – истинную привязанность к родному дому, к людям, сделавшим для него так много за свой короткий человеческий срок. 


Мне декабрь кажется маем 


Перенесемся на шесть десятков лет во вторую половину двадцатого века, в 1961 год. Россия. Сибирь. Озеро Байкал. В юж- ной части озера на территории Слюдянского района между реками Солзан и Осиновка началось строительство завода по производству беленой целлюлозы, известного впоследствии как БЦБК – Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. Вместе со строительством завода рос город, со всех концов страны приезжали новоселы, связавшие свою судьбу с новыми, доселе непознанными прекрасными местами. 


Таким путем образовался Байкальск, получивший через пять лет статус города.

Валерий Алексеевич Зверев, сын известного иркутского писателя Алексея Васильевича Зверева, окончив Иркутское художественное училище, однажды увидел в газете «Восточно-Сибирская правда» объявление о том, что Дому культуры в Байкальске требуется художник. Дипломированный живописец и молодой отец семейства уже через день был в новом городке. Изумительная природа – ширь Байкала, гряда горна горизонте, быстрые реки, разделяющие городок на три микрорайона – все это пленило художника, и он без колебаний принял решение обосноваться в Байкальске. 


Будучи человеком разносторонних интересов, Валерий Зверев в первую же зиму в Байкальске убедился в прекрасных условиях для занятий лыжным спортом. Новоселы Байкальска уже проторили лыжные маршруты вдоль рек Солзана, Харлахты, у подножья гор и по льду озера. Но Зверева привлекала мысль о горных лыжах. Интересуясь спортом, он был в курсе развития горнолыжного движения в Европе. Начал присматриваться к ближайшим горным склонам на предмет строительства горно-лыжной трассы. Первые пробные спуски Зверев осуществил в районе телевизионного ретранслятора на Южном. Уходил к телевышке, вооружившись топориком. Вы- рубал понемногу кустарник, приминал снег, делал короткие спуски и снова рубил. Его усилия не остались незамеченными – начали подходить подростки, помогали расчищать трассу, сами пробовали кататься. Как человека, основательно берущегося за любое дело, Валерия Алексеевича место у ретранслятора не слишком устраивало, и только выйдя на простор Байкала, Зверев понял, где надо строить лыжную трассу. Приехавший к нему в гости, а затем и перебравшийся в Байкальск, друг по училищу Эдуард Возницкий тоже «заразился» этой идеей. На заре горнолыжного спорта в Байкальске первую троицу энтузиастов представляли два художника – Валерий Зверев, Эдуард Возницкий и Николай Грязнов, работник ТЭЦ. Мечта начала превращаться в реальность. 


Надо отдать должное руководству градообразующего предприятия – БЦБК и города. Эти структуры поддерживали начинание Зверева вполне реальными вложениями в дело создания трассы. 

С 1971 года начался отсчет основания горнолыжного парка в Байкальске. Постановление Байкальского горисполкома от 24 апреля 1971 года «О выделении земли под строительство горнолыжной трассы» и порубочный лист на расчистку первых трасс от 08.08. 1971 г., выданный Байкальским лесничеством, дали старт грандиозной стройке. С 1971 года Валерий Алексеевич буквально пропадал на горе Соболиной. Он и его друзья работали без оплаты на чистом энтузиазме. 


В распоряжение Зверева было предоставлено оборудование согласно его чертежам – опоры подъемников, тросы, бугеля и т. д. Монтаж оборудования, эту очень трудоемкую работу удалось выполнить благодаря воинским подразделениям, дислоцировавшимся в то время в Байкальске. 


В первое время на оснащении была только что прорубленная трасса, деревянные лыжи с окантовкой, деревянные палки, кожаные ботинки на шнуровке, обычные тренировочные костюмы и куртки. Это не смущало энтузиастов. Их лозунгом стало высказывание выдающегося французского горнолыжника 60-х годов Мишеля Кларе: «Лыжи, быть может, не являются счастьем, но вполне могут заменить его». 


Вскоре в Байкальске была организована детская спортивная школа, Валерия Алексеевича назначили ее директором. К работе в этом качестве он приступил в 1973 году. В Москве закупили горные лыжи, палки, ботинки, костюмы. При этом Валерий Алексеевич исполнял не только директорские обязанности, он был первым тренером байкальских ребятишек по горным лыжам. Не единожды летал в командировки за инвен- тарем для школы. Вскоре у перспективных ребят было по два комплекта оборудования. Ездила команда в Братск, Ангарск, Нижний Тагил, Минск, Белокуриху. 


Продолжали совершенствовать трассу. Сооружение первого бугельного подъемника до 12-й отметки было осуществлено при содействии ремонтно-механического цеха БЦБК в 1974–1975 гг. Устанавливали подъемники. Валерий Алексеевич сам делал расчеты, чертежи, с ним сотрудничали коллеги: Николай Хлыбов, Валерий Катцин, Эдуард Возницкий, Николай Грязнов. 


Каждый год участники неформального клуба собирались осенью или в самом начале зимы для прокладки новых трасс. Рубили, пилили, растаскивали остатки деревьев, расчищали склон от кустарников. Поднимали металлические трубы для опор. Были установлены подъемники на 500 и 750 метров. 

Друзья - соперники на трассах (слева направо)- Андрей Константинов, Андрей Маликов, Дмитрий Темирбаев. Временами лидерство переходило от одного к другому, но это не омрачало их крепкой дружбы.

Карнавал 1984 г. Наиболее яркие, удачные или смешные костюмы тоже отмечались призами и подарками, а заканчивался карнавал импровизированным застольем складчиной и танцами прямо на снегу.

Из первого набора юных горнолыжников несколько человек избрали этот вид спорта своей профессией. Они получили специальное образование в Мончегорском техникуме физической культуры. Александр Куляшов, Анатолий Чигарев, Ольга Березина, Сергей Жилкин стали квалифицированными педагогами по физической культуре и спорту – новой в то время в России дисциплины «Горные лыжи». 

После итоговых соревнований каждого сезона и торжественного награждения участников во вторую половину дня для ребят организовывались шуточные шоу, аттракционы. Например, на шесты подвешивались привлекательные призы – шоколадные батончики, игрушки, конфеты, которые нужно было сорвать, проезжая мимо них. Были также соревнования на дальность прыжка с небольшого трамплина или проезд с одновременным попаданием в мишень. Это была и игра, и своего рода тренировка на точность движений. Например, проскочить без ошибки в обычный обруч хула-хуп, подвешенный в воротах, не так-то просто, если ты приближаешься к нему на скорости с горки. Спонсировали такие соревнования обычно из кассы любительского клуба. Закупали как для детей, так и для взрослых наградные кубки, медали, памятные подарки, грамоты. 


Популярность горных лыж в Байкальске росла, как снежный ком, пущенный под гору. Этому способствовала и близость трасс – до горы можно было дойти за 45 минут практически из любых точек города, и ненавязчивая «пропаганда» этого вида спорта в разговорах, в местной и спортивной печати, и тот факт, что многим из байкальчан гора и происходящее на ней было видно не только в непосредственной близости, но и просто из окон квартиры. Особо зрелищные акции приверженцы-энтузиасты горнолыжного спорта устраивали во время первомайских демонстраций. К этому времени заканчивался очередной сезон, соревнования закончены, итоги подведены, склоны почти очистились от снега, лыжи зачехлены... Но не все. 

Сохранились фотографии, в которых праздничные колонны демонстрантов-спортсменов возглавляли «живые скульптуры». На одном из снимков на багажнике «Жигу- лей» в позе идущего по трассе горнолыжника в экипировке – на лыжах, с палками, в шлеме и очках ехал начинающий спортсмен. Машину осторожно вел ее хозяин – зачинатель горнолыжного движения на берегу Байкала Валерий Зверев (см. фото). 


В другом случае маленького спортсмена в экипировке прямо на параллельных лыжах пронесли в колонне демонстрантов четверо участников, один из них, на переднем плане справа – это второй из первостроителей горнолыжных трасс Байкальска – Эдуард Возницкий. 


Среди удостоившихся чести изобразить «живую скульптуру» был сын третьего байкальского энтузиаста, стоявшего у истока создания горнолыжки, – Николая Грязнова. Это был его средний сын Владимир. 


Зверев работал с каждым из нас, ставил на лыжи, объяснял и показывал технику поворотов. У него была книга «Белые звезды Альп», М., 1972 г., которую он знал чуть ли не наизусть, знал имена всех европейских мастеров горнолыжного спорта, восхищался ими, их техникой катания, их возможностями и испытывал стремление к достижению этого уровня. 


Так почему же все-таки на горнолыжном склоне декабрь кажется маем? Это вполне объяснимо. Когда миновал этап «дрожащих коленок», когда ты научился ловить кайф от управляемого скольжения по установленной трассе или когда чувствуешь, что склон принадлежит тебе и можно наслаждаться катанием, не опасаясь непредсказуемого «чайника». В такие минуты ощущение счастья от свежести воздуха, белизны снега, скорости спуска, возможности выписывать виражи по произвольной траектории, возникает состояние эйфории, всплывает гениальная мелодия из фильма «Серенада солнечной долины»: Мне декабрь кажется маем, на снегу я вижу цветы... 


Эйфория охватывает многих. Известен такой случай. Константин Громов, активный участник Клуба, уговорил своего друга, служившего на авиабазе в Белой, приобщиться к горным лыжам. Пилот приехал, облачился в экипировку, начал штурмовать склоны Соболиной. И уехал. А в праздничные выходные (мы как раз поднялись на шестую отметку) внезапно услышали нарастающий гул, который превратился в оглушающий, когда мы заметили над собой ржавый фюзеляж тренировочного СУ! Эта ракета, покачивая закрылками, пронеслась над нами, а затем совершила облет города, мелькнув чуть ниже верхнего уровня заводских труб и вызвав в городе переполох. Своим «маневром» новоиспеченный фанат горных лыж поздравил байкальчан с праздником, заработав порицания военачальника. 


А итоговые соревнования в конце сезона! Это всегда был праздник, во время которого мы узнавали, чего достигли за прошедшее время, кто чего «стоит». Дружно поздравляли друзей, занявших призовые места, а последовавший за этим карнавал уравнивал всех. Там не засекали время спуска, а дивились на выступления участников. 


Символ названия нашего горнолыжного клуба – Белый чайник – был переходящим призом из сезона в сезон. На одном из фото чайник в руках у Валерия Зверева. 


Карнавал 1984 г. Наиболее яркие, удачные или смешные костюмы тоже отмечались призами и подарками, а заканчивался карнавал импровизированным застольем – складчиной и танцами прямо на снегу. 


Финал горнолыжного сезона – застолье и танцы у подножья «Соболиной». 

Валерий Децик (на фото - слева) и Андрей Мали- ков демонстрируют лыжи марки ELAN.

Валерий Алексеевич Зверев. Фото в Порту Байкальска. Весна 1969 г.

Время не пощадило часть фотографий восьмидесятых годов. Предлагаемое фото сохранило дух клубных праздников. Назовем, по возможности, участников этой живописной группы. 


Слева с лыжами стоят Сергей Сергеевич Симонов и Вова Грязнов. У Вовы в руках две пары лыж – отцовы и свои. Правее стоит Людмила Катцина, за ней НиколайГрязнов и Валерий Алексеевич Зверев – оба с наградными медалями. Они часто соперничали за призовые места. Несмотря на то, что Валерий Алексеевич превосходил Николая Федоровича в технике катанья, Грязнов силой воли и неуемной энергией иногда вырывал из рук лидера пальму первенства. Следом за Зверевым на фото Александр Кондратьев, он, как и двое его коллег в первом ряду (сидит президент клуба «Белый чайник» Владимир Ветров, рядом с ним возлежит Александр Пословин) – москвичи. Рядом с Кондратьевым – Валерий Кат- цин, частый призер соревнований. У него на груди тоже виднеется медаль. В центре группы – двое из Института экологической токсикологии – Наталья Середа с сыном (он сзади наставляет ей «рожки»), рядом с ней – Геннадий Бурин протягивает руку в сторону Риты Буриной (крайняя справа), рядом с Ритой – Володя Васильев. Впереди полулежа – Анна Петровна Зверева. 


По рассказу Валерия Алексеевича, с Володей Васильевым однажды в марте был казус. Для марта характерны большие перепады дневных и ночных температур, поэтому с ночи на снегу держится корка прочного наста. Володя, будучи без лыж, оступился и провалился в наст, в результате чего получил перелом ноги. 


Весна 1982 года. Разомлевшие на ярком солнце Елена, Валерий и Николай сделали паузу возле непременного термоса.

В городе горнолыжников можно было сразу определить по загорелым физиономиям. Мартовское солнце подрумянивало всех, следующих вверх на подъемнике. А поднявшись ближе к солнцу, можно было подставить ему не только лицо, а принять «солнечную ванну», скинув часть одежды. 


На фото: Владимир Родионов – счастливый обладатель японского двухкассетного магнитофона Sharp. Рядом с ним – еще один член клуба Сергей Пыстин. Магнитолу из Японии привезла сестра Володи (крайняя слева) в те времена, когда об этом можно было только мечтать. Неудивительно, что эта суперновинка появилась на горе, ведь Соболиная всегда ассоциировалась с праздником. 


Надо сказать, что Володя Родионов был, пожалуй, самым ярким представителем горнолыжной акробатики на Соболиной. Для него не было непроходимых мест, а иные он создавал себе сам – отыскивая бугры и трамплины для рискованного катания. 


Стиль «могул» родился на неподготовленных трассах. Да и лента любой подготовленной трассы после интенсивного катания горнолыжников превращается в бугристую поверхность (mugl – на венском диалекте означает «небольшой холм»). Любители острых ощущений стремились освоить это пространство, свободное от робких «чайников», но доступное тем, кому «декабрь кажется маем». 


Когда «бум» на Соболиной был в разгаре, имели место разные забавные (и не очень) ситуации. Например, у одного начинающего горнолыжника ДЮСШ не было подходящих ботинок. Ему подыскали «взрослые», в которых он поместился вместе с валенками. Радости не было предела! Пацан начал утюжить гору, но в какой-то момент его ноги выскочили из импровизированной обуви, и ему в одних носках пришлось догонять и валенки, и ботинки, и лыжи. Это случилось в детстве с нашим талантливым спортсменом Андреем Маликовым. 


Образ Владимира Родионова на фотографии с магнитофоном несколько не совпадает с тем, который нам запомнился. Кому-то удалось снять Володю в динамичном броске по склону, что вполне отражает забавное прозвище, которое бытовало в институтской женской группе: любуясь Володиными пассажами, девчонки между собой ласково называли Родионова «наш кузнечик». 


Первые упоминания о сноубординге пришли к нам из США в конце 80-х. К 1991 году как стиль заявил о себе джиббинг. Тогда он находился еще на самой начальной стадии развития. Если кто-то мог запрыгнуть на бревно длиной пару метров и проехаться по нему, оставшись с зубами и без падений, то он уже считался мастером новой дисциплины. 


Забегая вперед скажем, что в те годы мы не слышали таких терминов как фристайл, могул, ски-кросс, слоупстайл, халф-пайп, не имели понятия о лыжной акробатике, хотя эти разновидности горнолыжного спорта охватили Европу еще в середине ХХ века. Даже сноуборд, появившийся на Соболиной в начале ХХI века, был воспринят некоторыми приверженцами горных лыж весьма ревностно. 


Праздники на Горе перемежались трудовыми буднями. 

Провозглашенный клуб любителей горных лыж Байкальска (именуемый теперь «Соболь») в преддверии сезона через районную газету «Ленинское знамя» оповещал своих членов о предстоящих работах на горе Соболиной. Сохранился номер газеты, в котором правление клуба опубликовало список ответственных за работу на каждом участке трассы и схему работ. 


Геодезист Дмитрий Мызников сфотографирован без привычного для него теодолита, потому что принимает участие в расчистке крутой трассы. Однако все вновь прокладываемые трассы на горе начинались с рекогносцировки местности с помощью этого точного прибора. Попал в Байкальск Дмитрий случайно. Глядя из окна поезда, идущего на Восток, он заметил гору с белеющими среди хвойных деревьев лентами трасс. Повинуясь романтическому порыву, молодой человек вышел, а поезд проследовал дальше. Так Д. Мызников связал свою судьбу с Байкальском. 


В районной газете «Ленинское знамя» в четверг 28 сентября 1989 года была помещена информация правления клуба «Соболь» о необходимости подготовки трасс к сезону 1989–1990 годов с конкретной разметкой участков, на которых предстояло работать членам клуба. 

 


Вид с первой очереди подъёмника на Байкальск.

Валентина Чигарева и Виктор Часовников радуются новой технике.

Держась за трос.

Радость на лицах Валентины Чигаревой и Виктора Часовникова вполне объяснима. На Соболиной появились новые бытовки, новая техника. Взгляд Юрия Борисовича Шуляка устремлен вдаль, к вершинам, которые теперь можно будет подготавливать по общепринятым нормам. Эпоха топтания склонов ботинками ушла в прошлое. 


В этот период Генеральным директором Спорткомплекса был назначен Владимир Владимирович Ледащев, его помощником на горе «Соболиной» стал полноправный директор горнолыжной базы Ю. Б. Шуляк. Рачительный хозяин и талантливый организатор, Юрий Борисович выстроил работу коллектива в русле задач порученного ему дела. Весь персонал развивающегося горнолыжного курорта, независимо от занимаемой должности, был обязан владеть горными лыжами и знать всю информацию о трассах, необходимую для сведения отдыхающих. 


Освоение горы «Соболиной» началось еще в далеком 1969 году. Энтузиасты горнолыжного спорта вручную прорубали трассы, устанавливали подъемники. Так развивался этот вид спорта в городе Байкальске. 


Для развития современного туристического центра поворотным стал 1991 год, когда появилась первая буксировочная канатная дорога БКД-1. 


Вторая подобная дорога, снабженная сиденьями-дисками, появилась в 1994 году, на ней от среднего уровня горы можно было подняться до вершины. 


В период с 1999 по 2003 годы взамен подъемников-компактов были смонтированы подъемники с двухместными бугелями барабанного типа. 

Колоритная парочка Баба Яга (Татьяна Луничкина) и Рокер-металлист (Николай Грязнов).

Основные этапы развития горы 

1994 год – появилась трасса «баунти», закуплены первые снегоуплотнительные машины «Онежец». 

1995 год – открыта освещенная трасса. 

1996 год – разработаны «восточный склон», «могул», склоны обучения. 

1998 год – появилось здание, которое сейчас именуют «Главное», в нем находится бар «Экстрим» и кафе «Бистро», открылся пункт проката. 

1999 год – разработана трасса «Гребень», в этот же период для подготовки склонов закупили современные немецкие ратраки. 

2000 год – появился бар «Ski», этот год был знаменателен появлением электронной системы контроля доступа. До этого момента пропуск осуществлялся по билетной системе. Тогда стоимость дневного абонемента составляла 5 рублей. 

2004 год – был построен административный корпус. 

2005 год – построен сноуборд парк. 

2006 год – установлена система искусственного оснежения (на фото внизу). 

Система искусственного оснежения (три снеговые пушки фирмы LENKO) охватывает трассы: Пологая, Баунти, Слаломный, Объездная, Гребень, Могул, склон обучения. 

Транспортный парк оснащен ратраками Pisten Billy. 


С 2009 г. Байкальский Горнолыжный комплекс «Гора Соболиная» находится в ведении управляющей компании ООО «Гранд Байкал». 

Задействована подвесная пассажирская канатная дорога (ППКД) Doppelmayr с трехместными креслами протяженностью 1,6 км. Пропускная способность – 1 411 чел/час. Продолжается работа по расширению трасс, увеличена зона искусственного оснежения, обустроен новый склон для катания детей, проведен текущий ремонт гостиничной инфраструктуры. 

На фото: так закончился парный прыжок с трамплина. Володя Родионов обращён в сторону приятеля, который не удержался на ногах.

Приятно получать заслуженные награды.

Сохранились фотографии, на которых праздничные колонны демонстрантов-спортсменов возглавляли живые скульптуры.

Юные горнолыжники. Спортивная школа второго набора.

То, во что превратилась «Соболиная гора» сегодня, это 17 подготовленных горнолыжных трасс, 6 из которых сертифицированы, что позволяет проводить соревнования по зимним дисциплинам от регионального до международного уровня. Общая протяженность магистралей около 15 километров, наивысшая точка находится на 1 013 метров над уровнем моря. Длина трасс варьируется от 500 до 2 100 метров, максимальный перепад высоты – 500 метров. Проложены две линии для беговой лыжни, тюбинговая трасса, бордеров ждет парк, оборудованный двумя трамплинами и фигурами для джиббинга. Для новичков – три склона для обучения, стоит отметить могульную линию, которая не обрабатывается ратраками, предназначенную для спортсменов с хорошей физической подготовкой. 

Сезон 2004–2005 годов был последним для Валерия Алексеевича Зверева. Перенеся тяжелейшую операцию в мае 2004 года, несмотря на прогрессирующую болезнь, он появлялся на горе, которой отдал столько сил, ради дела, в которое вложил столько души, где испытал столько радости. Последний раз, уже истощенный, он нашел в себе силы завести свой Forestier и приехать на гору. Когда Валерий Алексеевич поднялся на подъемнике первый раз, мы разминулись. Его долго не было, и вдруг он опять появился на 6-й отметке. Мы пошли в сторону Баунти и сели на лавку возле киоска. 


Это было 6 апреля 2005 года, день стоял теплый, солнечный, мы выпили чаю, Валерий собрался с силами и поднялся с лавки. 


Случилось так, что ровно через год в этот день состоялся первый турнир юных горнолыжников за Кубок имени Зверева... А сейчас мой друг застегнул лыжи и приготовился к спуску. 


Валерий Алексеевич, стоически превозмогая недуг, заставил себя в этот день дважды подняться и спуститься свободными дугами в своей отточенной манере... 


Друзья, коллеги, ученики – все, кто пришел всего через три с половиной месяца отдать последний долг мастеру живописи, мастеру горнолыжной школы Байкальска, были единодушны в стремлении увековечить память о замечательном человеке Валерии Алексеевиче Звереве, который до конца оставался преданным рыцарем Горных Лыж.