М. ДЕНИСКИН. БАБА КАПА И СЫНОВЬЯ.


Она ухаживала за безымянной могилой летчиков…

 

Издавна (еще до 1904 года) на Россию дули «ветры злые да с восточной стороны». В 30-е годы Япония стала в открытую бряцать оружием, а в Европе вовсю вооружался итальянский и германский фашизм. Еще в 1929 году И. В. Сталин заявил: «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в 10 лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут!»

И цепочка авиазаводов, стянутая военными аэродромами, протянулась от Урала — с запада на восток (вскоре они понадобились, чтобы отразить нападки агрессивной Японии). Потом началась Великая Отечественная война. Иркутск давал фронту бомбардировщики Ил-4, Пе-2, Ер-2 и истребитель Пе-3бис. Улан-Удэ поставлял истребители Ла-5. А самый удаленный завод в Комсомольске-на-Амуре строил только Ил-4. И с первых дней войны началась срочная переброска этих крылатых машин на фронт.

Вдоль железной дороги (чтобы не сбиться с курса) самолеты шли на Запад. Увы, этот путь, как и северная трасса Аляска – Сибирь, отмечен могилами перегонщиков. Этой темой я заинтересовался давно, еще работая на Иркутском областном радио: слал запросы в архивы, подготовил несколько передач. Спрашивал: может, кто-то знает, помнит? И люди откликнулись! Расскажу лишь об одном поиске…



 

Баба Капа — Капитолина Фроловна Герасимова — последняя жительница сибирской деревушки Малый Кокучей


Об этом самолете знали. Еще были живы очевидцы катастрофы и похорон летчиков. Только могилка их стояла безымянной — сразу фамилии не указали (возможно, и не знали) или с годами табличка утратилась. Целенаправленный поиск был предпринят лишь в 1985 году. Из учеников разных классов Тулунской школы № 25 создали группу. И в поход ребят повели учитель географии Антонина Лунёнок и военрук Н. Чумак. Они стали расспрашивать местных жителей. А я уже получал письма…

   «21 ноября 1987 года. Только что в передаче "Любовь моя, Сибирь!" услышала о летчиках, погибших в годы войны в нашей области. Мои родители в 50–60-х годах жили в деревне Малый Кокучей Тулунского района. Деревенька маленькая — леспромхоз на берегу реки Ия. С детства я часто слышала рассказы, что в годы войны недалеко от деревни за рекой упал самолет. Мне показывали могилу летчиков на местном кладбище. Люди обихаживали могилу, помню, что на ней была тумбочка со звездой, а вот были ли фамилии — не помню.


Бомбардировщик Ил-4: своим ходом — на фронт


   Однажды за рекой мы брали бруснику и наткнулись на остов самолета (жители говорили, что местный умелец обдирал металл и делал посуду в то трудное время). Мы даже нашли несколько металлических пластинок, видимо, с приборной доски, т. к. на них были какие-то цифры. Пластины эти долго хранились у нас дома, потом затерялись.

   Деревни этой сейчас нет. Лес вокруг повырубили, леспромхоз закрыли, люди разъехались. Многие осели в Тулуне и до сих пор ездят в бывшую деревню на кладбище. А какой-то старожил, по слухам, там еще живет… С уважением — Елена Анатольевна Дорохова».

   «…Вы разыскиваете экипаж военного самолета, который разбился в районе Тулуна. Я очень хорошо помню такой случай. Один из трех самолетов, летевших на запад, задымил — за ним потянулась лента черного дыма. И потом этот самолет упал в лесу напротив нашей деревни Малый Кокучей. Мы тогда были мальчишками. Побежали на речку, взяли лодку и поплыли к тому месту, где упал самолет. Там все горело. Живых или мертвых мы не видели. Вокруг были разбросаны обломки, клочья одежды, куски человеческих тел. Да еще стреляли патроны… Александр Николаевич Ладейщиков, пенсионер».

   «10 января 1988 года… Брат рассказал, что тумбочку на могилу делали они, школьники, с моим отчимом, который работал там учителем. Фамилий на тумбочке нет, а была надпись: "Слава погибшим летчикам!" Сын вспомнил (а он каждое лето ездил в деревню на каникулы), что с мальчишками бегали к самолету, искали и находили патроны, которые бросали в костер, чтобы взрывались. По слухам, катастрофа была летом или осенью: люди были в поле. Собирать останки приезжали солдаты из города, а на похоронах представители военкомата говорили речи. Потом самолет засыпал бульдозер, на поверхности остались только самые крупные детали.

   А в Тулуне живут кокучейские старожилы и даже, как говорит мама, очевидцы того события. Например, Татаринов Иван Данилович, а также его брат Федор Данилович и его теща — Герасимова Капитолина Фроловна. Она зимой живет у зятя, а летом — в Кокучее, одна на всю деревню… Е. Дорохова».

   «11 февраля 1988 года… Отвечаю на ваше письмо: да, я был свидетелем той катастрофы. Сначала от самолета шли небольшие струи дыма, потом повалили черные клубы. Он ушел вниз. Нам из-за леса не стало видно (мы были в лодке на середине реки). Через несколько секунд он появился, прошел вдоль реки, сделал разворот через правое крыло и упал в лес. Мы побежали и с нами Климов Григорий Иванович. Там все горело. Беспрерывно рвались патроны. Самолет был двухмоторный. Разбился 10 июля 1941 года.

В Кокучее похоронены: младший лейтенант Годелюк, штурман Волков, младший воентехник Петрушенко, стрелок-радист Лесянский. Эти данные я взял из статьи в тулунской газете "Путь к коммунизму". Желаю успеха. Татаринов».

   «14 декабря 1988 года. Здравствуйте! 3 декабря сего года посмотрел передачу иркутского телевидения о малоизвестных событиях прошедшей войны. В Тулунском районе есть деревня Кокучей (сейчас она заброшена). Там во время войны разбился самолет и летчиков похоронили там же. За могилкой ухаживает баба Капа (так все ее зовут, а фамилию я не знаю). Но с год назад у нее сгорел дом (она в деревне жила одна), пришлось переехать в Тулун. Может быть, мое письмо вам поможет? Владимир Терешков».

   …Прошли годы. Шестиклассница Наташа (из того первого школьного десанта) выросла и стала заместителем директора родной 25-й Тулунской школы Натальей Владимировной Шаравиной. Однажды мы встретились, и она рассказала мне пронзительную историю о бабе Капе.

   В войну на запад шли самолеты. Их путь лежал над деревней. Все привыкли к гулу моторов, а ребятня считала и спорила: сколько их сегодня пролетит? Взрослые же  работали, им было недосуг. Тем более что взрослых-то оставалось — только старики да женщины. В тот день люди и не сразу поняли, что в воздухе случилась беда. А когда прибежали к упавшему самолету, то пламя не могли потушить: горел бензин, рвались патроны. По-видимому, экипаж пытался покинуть машину: тела летчиков находили по курсу падения, освобождали от парашютных строп, снимали с деревьев. Их похоронили в одной могиле…

   Капитолине Герасимовой тогда было 35 лет. Никто из односельчан и подумать не мог, что эта женщина, которая никогда и ничем из них не выделялась, станет хранительницей отеческих могил и последней жительницей Малого Кокучея.

   Теперь уже никто и не помнит, кто первым уехал из деревни. Леспромхозу становилось все труднее брать древесину, прокладывать новые дороги. Год шел за годом. Настал день, когда последняя семья заколотила досками окна своей избы. Баба Капа осталась одна.

   Конечно, родственники звали ее к себе. Но она с мягким упорством старого человека отказывалась. Смыслом всей ее жизни стала забота о кладбище. В поминальный Родительский день кокучейские приезжали из города — и каждому приезжему старушка радовалась. А люди, живя вдали, были спокойны: знали, что баба Капа и приберет могилку, и поправит, если что требуется.

Ей привозили гостинцы — конфетки, чай, печеньице, хотя она никогда ничего не просила. Но особенно приятны были приезды школьников с учителями — на экскурсию. Тогда баба Капа повязывала праздничный платочек и вела ребят на могилку летчиков, память которых для нее была священна. Она даже имен их не знала, только и говорила: «Сыночки мои дорогие!»

   (Со временем это стало легендой, и бывшие жители деревни и поныне верят, что летчики последним усилием отвернули гибнущий бомбардировщик от села и спасли их ценой собственных жизней…)

   10 декабря 1986 года бабе Капе исполнилось 80 лет. Стало трудно зимовать одной в пустой деревне. Пришлось перебраться к родным в Тулун. Но на лето она все равно уезжала в Кокучей.

   Однажды она приехала и застала страшную картину: кто-то сжег кладбище. Под жарким весенним солнышком огонь жадно пожрал сухую траву, кустарник, деревянные оградки и тумбочки. Могильные холмики и деревья обуглились. Но баба Капа не стала в отчаянии голосить и заламывать руки. Утирая слезы, она принялась собирать камни…



   Если вы читали Библию, то поймете глубинный смысл этого: всю свою историю человечество делится на разрушителей и строителей — на тех, кто разбрасывает камни, и на тех, кто камни собирает. Камнями старушка, как сумела, оградила могилы, сложила пирамидки. И когда приехали люди, лишь она, хранительница, могла указать, где и кто упокоен. А для самой — летчики, ее «сыночки дорогие» так навсегда и остались безымянными.

   Была ли она верующей? Не сомневаюсь. Божья молитва помогала ей, как и миллионам простых русских женщин, вершить каждодневный негромкий подвиг. На этих-то женщинах и держится наша держава. И живут тихо, а уходят внезапно — остается зияющая пустота. Помяните, люди добрые — словом, церковной ли свечой…

   Потом архивисты в пыльных бумагах нашли фамилии летчиков, которые перегоняли бомбардировщик ДБ-3Ф (Ил-4) из Приморья на Красноярск. Теперь на их могиле установлена гранитная плита. И падающий самолет высечен. И я еще мог бы успеть — приехать, познакомиться со старушкой, расспросить о многом.

Не успел. Старенькую Капитолину Фроловну Герасимову убили…

 

                                                                                    

 

На фото:

 

Баба Капа — Капитолина Фроловна Герасимова — последняя жительница сибирской деревушки Малый Кокучей.

 

Поисковики Тулунской школы № 25 с руководителем Натальей Шаравиной (справа) у могилы летчиков.

 

Бомбардировщик Ил-4: своим ходом — на фронт.