СТАТЬЯ 3 СВЕТЛАНА БАЖЕНОВА. ТУЛУН — ТАЙНЫ СТАРОГО ГОРОДА.

Культурный уровень Тулуна всег­да был довольно высок. Тулун дал стране выдающегося ученого-этнографа Г. С. Ви­ноградова, драматурга Павла Нилина, ху­дожника Виктора Хлебникова, академика Академии космонавтики Роальда Крем­нёва и многих других известных людей. В Тулуне и по сей день издается множество авторских книг и альбомов, художники и фотографы открывают зрителям свои миры. А ведь и в стародавние времена это был славный город и жизнь здесь была насыщенной.

 

С одной стороны Тулун пересекает Транссибирская железнодорожная маги­страль, с другой — в направлении с юга на север — город делит река Ия. В пре­делах городской черты река делает два крутых поворота, образуя полукольцо, от которого, по одной из версий, город и по­лучил свое весьма необычное название (от созвучного с «тулун» бурятского слова, обозначающего «мешок»). Есть и более поэтические версии названия: от якутского «толон» — долина и тюркского «тулун» — полная луна до санскритского «туле» — потайное место.

 

Топонимы также говорят о своей глу­бокой древности. В бурятском языке нет перевода названий ни Ея, ни Ия, ни Хияй, ни Холба (река Ия в Саянах берет начало именно из слияния рек Хияй и Холба). Это говорит о древности и загадочности рож­дения имени Ия. В японском языке есть слово «хияй» оно оз­начает фразу : «с тех пор прошло много времени; это было давно», еще одно толкование этого слова —ひあい【悲哀】 ( х и а й ) — горе, печаль.  

В татарском языке слово «ия» имеет два значения: хозяин, владелец, облада­тель и миф, дух. Морфема «ия» присут­ствует в татарских словах, переводимых как леший, водяной.

 

Женское имя Ия, по мнению лингви­стов, имеет греческие корни и означает «фиалка». Это очень редкое имя, так как в нем нет ни одной согласной буквы, по­этому в характере его обладательницы кроется огромная энергия. Ия постоянно полна эмоций и переживаний, которые не умеет сдерживать. Что ж, очень похоже. ­


Есть у сочетания «ия» еще одно уди­вительное свойство: многие географи­ческие названия в русском языке закан­чиваются на «ия» — Германия, Франция, Япония, Голландия, Швеция, Норвегия… Это означает одно — что имя у нашей реки очень древнее и очень непростое. И к бурятской истории и культуре не имеет никакого отношения.

 

Левый берег реки Ия изобилует сви­детельствами жизни древних племен. В 1989 году была проведена археологиче­ская разведка долины реки Ия и ее прито­ков от села Икей до села Бурхун, которая выявила 24 памятника, датируемых от па­леолита до железного века.

 

Древние поселения на реке Ия

 

Тулунская земля таит в своих недрах невероятные тайны. Анализ археологиче­ских находок в долине реки Ия говорит о том, что здесь люди жили очень давно, де­сятки тысяч лет назад.

 

Имеются данные о находках, со­бранных в районе села Иннокентьевск в 1923 году основателем Иркутской архео­логической школы Бернгардом Петри. В 1930–1931 гг. в окрестностях сел Гадалей и Бадар исследования проводил археолог и антрополог Михаил Герасимов. В 1964 году группа учащихся под руководством этнографа и историка Владимира Свини­на по руслу реки Ия до села Илир выявила 9 стоянок первобытных людей (эпоха ме­золита). Одна из таких стоянок, возрастом более 10 тысяч лет, обнаружена на восточ­ном склоне горы Паромная (д. Малый Ко­кучей). Здесь в вымоине оврага и шурфах найдено большое количество колотого камня со следами ручной обработки, ма­ленький нуклеус-ядрище (Нуклеус (ядри­ще) — кусок камня (кремния, обсидиана, яшмы или другой породы), с которого скалывались, отжимались отщепы или пластинки для изготовления орудий или вкладышей для них. В мезолите нуклеусы часто имели вид карандаша, на котором грани образовывались негативами от ска­лывания пластин, в неолите более типич­ны призматические нуклеусы).

 

 

Стоянки неолитической эпохи были обнаружены выше железнодорожного моста в селе Иннокентьевск, также в мест­ности Угуй, вблизи села Афанасьево, на берегу реки Курзанка, в деревнях Пороги и Малый Кокучей. Было найдено большое количество глиняной круглодонной посу­ды с разнообразными орнаментами, заго­товки каменных топоров, скребки, скрёб­ла для работы по дереву, кости, каменные наконечники стрел, ножевидные пласти­ны, украшения, костяной гарпун.

 

О переходном времени от каменно­го к железному веку — эпохе бронзы — имеются только косвенные свидетельства: глиняная посуда с необычным для неоли­та орнаментом, повторяющая швы брон­зового литья.

 

Памятники железного века открыты в местности Якимовка в четырех киломе­трах от села Иннокентьевск на скальных выходах горы Паромной у деревни Малый Кокучей. У села Бурхун обнаружены сто­янки с остатками глиняных сосудов, уже плоскодонных, остатки железоплавильно­го производства в виде шлаков, обломки воздухоплавильных трубок, кости домаш­них животных. В местности Якимовка на одном из скальных выходов траппа обна­ружено высеченное изображение идола: на большом камне высотой около четырех метров и шириной около двух метров не­сколькими сколами намечены брови, нос, рот и вышлифована борода. Другой, не менее интересный памятник обнаружен у деревни Малый Кокучей: схематическое изображение шамана и надпись на древ­не-тюркском языке.

 

В долине реки Ия и ее притоков на­считывается более 90 памятников древно­сти. Кроме предметов охоты и быта были найдены кости животных доледникового периода: шерстистого носорога, сибирского быка, бивни мамонта.


Материалы палеолитического об­лика (чопперы, скрёбла, сколы) были со­браны на левом берегу реки Икей между деревнями Харантей и Владимировка.

 

Каменные изделия мезолитического облика были собраны на стоянках у Ин­нокентьевска, железнодорожного моста в Тулуне, ниже села Нижний Манут в мест­ности Смолокурня.

При шурфовочных работах и сборе подъемного материала на стоянках у быв­шей деревни Пороги, у сел Икей, Гадалей, Иннокентьевск обнаружены археоло­гические находки: сетчатая и шнуровая керамика, украшенная орнаментом, на­конечники стрел, скребки, проколки, от­носящиеся к периоду неолита.


 








Археологические находки у сёл По­роги, Икей, Евдокимово, Тракто-Курзан (обломки глиняной посуды, каменные ножи, скребки) датируются эпохой брон­зы, раннежелезным веком.

 

В полевой сезон 1990 года на участке Кокучейские пороги – Илир были обнару­жены 39 стоянок и один могильник. Мо­гильник был впервые обнаружен в долине реки Ия. Он содержал богатый погребаль­ный инвентарь: костяные подвески, бусы, наконечники стрел, игольники, тесла. Примерный возраст — четыре тысячи лет.


История Тулуна началась с завоевания

 

История Тулуна, как свидетельству­ют записи местных историков, началась с завоевания. В район реки Ии, где исконно жили буряты-скотоводы, русские пришли примерно в 1652 г. из Нижнеудинского острога, чтобы наказать непокорных бу­рят, отказавшихся платить ясак. «В 1649 году буряты возмутились и перебили казаков «Покровского городка», посланных к ним для ясачного сбора. После этого «в великом числе» собрались они у реки Ия в улусе Тулам с намерением оказать рус­ским сопротивление силою. В 1652 году красноярский воевода Андрей Бунаков снарядил против бурят поход под началь­ством Кирилла Бунакова. Поход закончил­ся для русских весьма удачно».


 


Первые упоминания о Тулуне отно­сятся к 1735 году. Известный путешествен­ник и исследователь Иоанн Георг, путеше­ствуя по Сибири, оставил упоминание в своих путевых записках о данном населен­ном пункте: «3 марта 1735 года еще до обе­да, в 8 часов утра, мы прибыли из Удинска в деревню Тулун, после того, как проехали по редкому большой частью сосновому лесу. Эта деревня лежит на реке Ия, в ней 10 домов и управляется она из Илимска».


Шерстобоев В. Н. в «Илимской паш­не» вот что писал о Тулуне: «Деревня Тулу­новская входила в состав Илимского уез­да в 1730–1743 годах, но без оформления этого каким-либо указом. Как незаметно она попала в ведение Илимска, так же не­заметно она перешла в ведение Иркутска, с которым ее связывала большая проезжая дорога. Илимск, отстоявший от Тулу­новской деревни за 400 верст, назначал туда приказчиков только потому, что пер­вые жители этой деревни являлись выход­цами из илимских волостей».




Чернозем, близость тайги, река, бога­тая рыбой, — все это привлекало русских. Крестьяне, поселившиеся здесь, серьезно расширили запашки, осваивая земельные угодья вокруг деревни, стали строить за­имки и вели гоньбу по государственной дороге Красноярск – Иркутск. С 30-х гг. XVIII в. по Сибири создается регулярное почтовое движение. Ямщиков нанимают, и они получают не только деньги, но и паш­ни, и сенокосы в бесплатное пользование — из феодальной повинности возникает промысел. Почту от Томска через Красно­ярск до Иркутска учреждал Витус Беринг. В 1762 г. через Тулун проходит Москов­ский тракт. Власти, заботясь об освоении и устроении путей, принудительно засе­ляли тракт от Красноярска до Тулуна. Для этого крестьян и разночинцев Краснояр­ского и Енисейского уездов, освободив их от уплаты подушной подати и оброка, записывали в ямщики. Благодаря тракту село стало быстро застраиваться и раз­растаться. Через реку Ию была устроена паромная переправа. Паром работал кру­глосуточно — по тракту двигались обозы с товаром, шли солдаты, гнали арестантов, ехали почтовые и пассажирские кареты.

 

Тулун – это город

 

Краеведы пишут о старом Тулуне с гордостью: «Тулун — город необыкновен­ной душевности, его улицы в тополиной метели, деревянные и каменные особ­няки, узорочье старинных зданий, дома, построенные по радостной купеческой прихоти, а главное — его старожилы, люди, сложившие этот город не только по камешку да по бревнышку, а по его душев­ной конструкции, по его внутренней нрав­ственной сущности».


Указ Екатерины Второй от 19 октября 1764 г., разделивший Сибирское царство на две губернии, определял: «Конец гу­бернии Тобольской и начало Иркутской в Тулуне, откуда пойдут к губернскому горо­ду приятные и населенные места, украша­ющиеся березовыми рощами».



 


В энциклопедии Брокгауза и Эфро­на сказано, что в «селе Тулун до 7 тысяч жителей, более 70 торговых заведений, с оборотом свыше трех миллионов рублей в год» и что «в экономическом отношении Тулун далеко опередил город Нижнеу­динск и сделался видным торговым цен­тром, из которого отправляются многие товары, минуя Иркутск, к Ангаре и к при­станям на реке Лене, для потребностей Якутского края. Этим же путем отправля­ются многочисленные партии рабочих на Ленские золотые промыслы...»


Приезжим и проезжающим надо было где-то остановиться, отдохнуть, по­есть. Для этих целей в Тулуне существо­вали постоялые дворы, их насчитывалось до двадцати. Самыми известными были дворы Распопина Федора и Татарникова Георгия.

 

Постепенно в селе началась активно развиваться торговля. Тулунские пред­приниматели того времени нередко за­водили торгово-промышленные пред­приятия и даже выходили в купечество.


В отдельных случаях купцы становились крупными капиталистами. Среди самых известных и богатых купцов можно на­звать владельцев угольных, мукомольных и др. предприятий П. К. Щелкунова и Я. И. Метелёва.


Отец П. К. Щелкунова начал мелкую торговлю с 1853 года в Тулуне. В 1873 году он вступил в компанию с мелким торгов­цем, тоже бывшим крестьянином, Я. И. Ме­телёвым и организовал фирму «Торговый дом Щелкунов и Метелёв» После смерти отца П. К. Щелкунов выделил в 1899 году свой капитал и повел дело самостоятель­но, организовав торговое предприятие «П. К. Щелкунов и К» Во время пожара 1922 года сгорели торговый дом и мель­ница Щелкунова. Кирпичное здание тор­гового дома и дом Метелёва сохранился до сегодняшних дней: это здание ТЦ «Ва­вилон» и жилой дом по ул. Советской, 21.

 

Кроме крупных купцов П. К. Щелку­нова, Я. И. Метелёва были более мелкие купцы, такие как Парушинский, Кузнецов, Сычевский, Ржанский (двое последних имели кулинарные магазины), Бояркины, Чудины, Пархоменко, Мурашов, Ямполь­ский и др.

 

Наличие большого количества сво­бодной рабочей силы во времена сто­лыпинской аграрной реформы давало возможность тулунским купцам и пред­принимателям пополнять свои пред­приятия дешевой рабочей силой, это способствовало быстрому развитию сель­ского хозяйства, ремесленного и кустар­ного производства, развитию торговли.




Ямщик С. Ф. Виноградов (отец буду­щего академика Г. С. Виноградова) вспо­минал: «Когда я зашел в первый раз на Большую улицу, смотрю и диву даюсь — Тулун называют селом, а кто его знает, может быть, это город? Что ни шаг, то — магазин. Торговые компании: «Швец–Ко­ганович–Ямпольского», «Кузнецова–Бузо­лина», «Щелкунова–Метелева» и другие. Здания в два этажа. Первые — деревян­ные, другие два — каменные. В больших окнах — витрины с всевозможным това­ром, фруктовая лавка». Семен Федорович не поверил, зашел. В натуре — свежий виноград, лимоны, яблоки. «Не выдержал, спросил: — Торгуете только летом? — От­чего же? — удивился хозяин. — В любое время года можете у нас купить свежие фрукты. Заходите, пожалуйста.

 

В магазине «Щелкунова–Метелева» люди расходятся по отделам: в гастроно­мический, бакалейный, кондитерский или в мясной. Потом меня волной покупателей занесло по железной крутой лестнице в галерею, которая опоясывала весь второй этаж. Тут что ни отдел, то — разные това­ры: пальто, платья, костюмы, мануфактура, ковры, мебель, обувь, золотые вещи...»


В начале декабря 1897 г. тулунчане встречали первый поезд по Транссибу. Село Тулун становится железнодорожным пунктом и превращается в оживленный центр торговли. В село приезжали крестья­не не только из ближайших деревень, но и из отдаленных районов и разных волостей Иркутской губернии за промышленными товарами. Даже Американская междуна­родная компания жатвенных машин от­крыла в Тулуне свой пункт продажи.


С Транссибом в Тулуне появился про­летариат. Остались строители станции Ту­лун: плотники, столяры, кузнецы и те, кто мог служить на железной дороге. В 1903 г. открываются Тулунские (Велистовские) угольные копи — первое промышленное предприятие старого Тулуна. В 1908 г. копи обслуживало 90 человек. В 1904 г. стро­ится водочный завод (Тулунский винный склад), где тоже был небольшой рабочий коллектив. Кроме того, работал лесопиль­ный завод, были развиты кустарные про­мыслы: кузнечный, гончарный, гужевой, мыловаренный и другие.

 

С началом столыпинской реформы на станции Тулун открывается переселен­ческий участок. Больничный комплекс этого участка обслуживает население до сих пор. Отсюда, получив назначение, разъезжались переселенцы по тулунской земле, дав жизнь многим деревням и се­лам. Приток дешевой рабочей силы спо­собствовал быстрому развитию не только сельского хозяйства, но и ремесленного, кустарного производства, торговли.


Тулун был выше по своему куль­турному уровню, чем другие волостные центры и села Нижнеудинского уезда. В Тулуне в начале XX в. работали мужское училище с пятью годами обучения, жен­ское (ныне — здание музея) и железно­дорожное училища. Купцы открывали свои частные школы или становились по­печителями школ. Так была открыта част­ная школа купца Метелёва (ул. Степана Разина, 5 (ныне — музыкальная школа)). По улице Успенской (ныне Красного Октя­бря, 7) открыл частную школу предприни­матель Мамаев.

 

Стараниями тулунских интеллектуа­лов устраивались воскресные школы для взрослых, проводились беседы по гигие­не и санитарии.


В 1913 г. при содействии уроженца Тулуна Георгия Семеновича Виноградова (впоследствии академика — известного этнографа и фольклориста) здесь было открыто отделение Общества изучения Сибири и улучшения ее быта. В его состав кроме Виноградова вошли: Зисман А. И., А. М. Кубасов, врач И. М. Бутырин, селек­ционер В. Е. Писарев, учитель Попов, крупный предприниматель Миней Ям­польский и др. Всего 270 человек. Обще­ство существовало на членские взносы и пожертвования. Исключительно путем пожертвования была создана богатая би­блиотека, в ней насчитывалось 900 книг, а к концу 1914 года уже 1 209. Читаль­ню в 1913 году посещало 289 человек, в 1914 году — 1 294 человека. Был создан музей. Членами этого обществ прово­дились народные чтения, лекции, докла­ды. Особо ценились лекции агронома В. Е. Писарева — основателя Тулунской се­лекционной станции.

 

Вся общественная жизнь велась в здании купеческого собрания (ныне Дом детского творчества). Строили это зда­ние тулунские купцы как место деловых встреч и увеселения, здесь ставились спектакли и концерты.

 

Обществом был учрежден и открыт музей, имевший тогда отделы: сельскохо­зяйственный, этнографии, истории, геоло­гии, палеонтологии, минералогии, флоры и фауны. Появились маленькие отели.


Стремительное развитие Тулуна и превращение его в крупный торгово- промышленный центр Приангарья за­ставили губернские власти обратиться к правительству с ходатайством о преобра­зовании села в город. Однако революция и Гражданская война задержали процесс принятия решения.

Известие о февральской революции и отречении от престола Российского им­ператора Николая II, полученное в Тулуне 4–5 марта, вызвало многолюдные митинги и демонстрации. Советская власть в селе была установлена в январе 1918 г., но про­существовала сравнительно недолго и была ликвидирована в июле того же года в результате мятежа Чехословацкого экс­педиционного корпуса.



В период колчаковщины в районе Тулуна развернулось широкое партизан­ское движение, возглавленное Николаем Ананьевичем Бурловым. Его партизанская дивизия долгое время стоявшая в с. Гуран, находившемся в 25 километрах от Тулуна, контролировала огромный район от села Икей до реки Бирюсы. В селе Гуран был создан кавалерийский эскадрон, впослед­ствии реорганизованный в 1-й Советский Тулунский кавалерийский добровольче­ский полк...


Советская власть в Тулуне была вос­становлена в начале 1920 г. с приходом 5-й Красной Армии. Вся старая размеренная жизнь рухнула в одночасье: закрылись частные школы, прокатилась волна ре­прессий, было взорвано чудесное здание трехэтажного кирпичного магазина Щел­кунова и Метелёва с ротондой на крыше по ул. Большой. Попытка взорвать храм Покрова Божьей Матери закончилась не­удачей: разрушились лишь купола и часть крыши. Тулунчане тайком разобрали иму­щество церкви, чтобы сохранить и не дать поруганию старинные иконы с драгоцен­ными окладами.


Новая власть в Тулуне открыла свою школу, рабочие клубы, красные уголки. Стали работать самодеятельные органи­зации, были построены баня, амбулато­рия, консультация, кинотеатр, гостиница, военкомат, железнодорожный клуб. В ли­шившемся куполов храме открыли МТС. Началась другая веха истории Тулуна.

 

С 1899 г. Тулунская волость входила в состав Нижнеудинского уезда Иркут­ской губернии. Постановлением ВЦИК от 27 июля 1922 г. центр уезда был перенесен из г. Нижнеудинска в село Тулун. Только в 1922 г. были получены докумен­ты о присвоении Тулуну статуса города. Но уже в 1924 г. новая власть лишила его городского статуса и вновь стала считать селом. Дело в том, что большевиков всег­да раздражал богатый и вольный Тулун, он не являлся для них опорой, тем более что в период НЭПа здесь активизировались «буржуазные» элементы. Сохранение за Тулуном статуса города могло существен­но изменить очень хрупкий в те годы ба­ланс политических сил в регионе.








30-е годы принесли новую волну ре­прессий, которые совершенно изменили лицо города, его уклад и культурный уровень.