ТРОЙКА…


Слова, слова, слова… Иногда самые простые, немудреные слова приобретают в нашей жизни очень важный, магический смысл, вызывая священный трепет в душе. А порой самое обычное и невинное слово вдруг пробудит генную память и поселит в сердце тревогу и страх. Такое слово — тройка. Оно имеет несколько значений. Тройка — цифра, школьная отметка, упряжка лошадей, номер маршрута транспорта, костюм из трех предметов, название чего-нибудь, содержащего три единицы, например, группа из трех самолетов, комиссия из трех человек. Вот оно. Комиссия из трех человек — как раз то, что на протяжении трех десятилетий было страшно произносить и жутко слышать. Хотя, когда создавались первые тройки, ничего зловещего они в себе не несли. Шла гражданская война, разруха, нависла угроза голода в городах. Правительство решило, что спасти положение может только политика военного коммунизма, вводится продовольственная разверстка, при которой все продукты, произведенные в крестьянских хозяйствах, изымаются в счет продовольственного налога, вывозятся в город и распределяются среди рабочих. Вот для реализации этой политики и были созданы комиссии из трех человек — тройки. На заседании Киренской районной продовольственной тройки, состоявшемся 21 ноября 1922 года, слушали телеграфное распоряжение Губпродкомиссара (Губернского продовольственного комиссара) и Предгубсовнарсуда (Председателя Губернского советского народного суда) «…об организации особой сессии нарсуда по налоговым делам» и доклад Райпродкомиссара «Об усилении кадров приемщиков на время большого подвоза продуктов плательщиками  в счет налогов».


Постановили:


— «…ходатайствовать перед Губпродкомиссаром ввиду политической неблагонадежности Жмурова утвердить на должность председателя сессии нарсуда УполГПУ (уполномоченный Объединенного государственного политического управления) по Киренскому уезду товарища Серебренникова, от Укома Гребневу, от райпродкомиссии налогинспектора Демкину»;

— «…послать одного приемщика с Чечуйского приемпункта в Ичерскую волость для приемки поступающих по налогу и сдаче Лензолото продуктов, в счет нарядов».


Подобная политика государства по отношению к крестьянству не внушала доверия к новой власти, росли протестные настроения среди крестьян.


Время шло, и правительство должно было показать мировому сообществу, что власть диктатуры заканчивается, и страна Советов на пути к светлому будущему строит правовое государство. Началась подготовка к всенародным выборам, участие в которых могли принимать все, кроме тех, кто лишен избирательного права. Был создан Киренский Окружной административный отдел, который должен был организовать работу по выявлению лиц, подлежащих лишению избирательных прав, работу по лишению прав, составлению списков лишенцев. Ведение постоянного письменного учета лишенных избирательных прав возлагалось на сельские Советы, Райисполкомы и Горсовет в специальной книге — алфавите.


В 1928 году по Киренскому округу были лишены избирательных прав 1 506 человек, из них:

в городе Киренске — 250;

в Усть-Кутском районе — 322;

в Макаровском районе — 378;

в Чечуйском районе — 356;

в Казачинском районе — 75;

в Преображенском районе — 84;

не вошедшие в списки города и районов — 41. 


В 1930 году по городу Киренску были лишены избирательных прав 338 человек.


Все эти меры, не решив проблем со снабжением продуктами рабочих, лишь еще больше усугубили положение крестьян, что, естественно, усилило недовольство властью.


Положение с продовольствием в городе становилось все тяжелее. Так, в информации секретаря Киренского окружного исполнительного комитета Самойлова, подготовленной 21 марта 1930 года для Сибирского Краевого исполкома, говорится: «…городское население еще с осени 1929 года продуктами первой необходимости стало снабжаться с некоторыми перебоями, а затем в последующее время эти перебои усилились и в последнее время дело со снабжением продуктами города стало совсем неважно, перейдя к минимальным нормам по отношению ко всем продуктам, некоторые из них отсутствуют совершенно. Так, например, масло выдается только детям до 12-летнего возраста по норме в 300 грамм в месяц, а в отношении рыбы, то таковой, за исключением одного сорта соленой сельди (плохой), не имеется совершенно».


Ясно, что принимаемых мер недостаточно. Если крестьянство всем образом своей жизни втянуто в непрерывный производственный процесс — вспашка, сев, прополка, уборка, уход за скотиной — и не может пойти на организованный протест, то рабочие свободны, мобильны и, если их не накормить, способны в любой момент пойти на бунт. Значит, их надо накормить. А где взять? А у кулаков. Составляются списки кулацких хозяйств, по состоянию на 1 января 1932 года в такой список внесено 151 хозяйство Киренского района. А если посчитать, сколько людей было в этих хозяйствах, то количество увеличится во много раз. Для чего нужно было записывать людей в кулаки? Для того, чтобы у них все забрать, их самих выселить. Вот тут-то вновь появляются тройки и приобретают свой зловещий смысл. 


Передо мной протокол № 22 заседания Киренской районной тройки по выселению кулачества от 23 сентября 1931 года. И уже не важно, что в состав комиссии вошло четыре человека — это тройка по своей страшной сути. Слушали: о Гладких Егоре Павловиче, проживавшем на территории Петропавловского сельского Совета, лишенном «…избирательных прав в 1931 году. В хозяйстве наемный труд использовался систематически. До 1930 года имел кузницу, в которой также использовал наемный труд. С целью уклонения от раскулачивания в конце 1930 года злостно хозяйство ликвидировал и выехал в Якутск». В семье, кроме жены, пятеро детей от трех до семнадцати лет. Постановили: выслать и объявить розыск. Неясно только, зачем разыскивать. Если все равно выслать...


Репрессии — карательные меры, применяемые государственными органами. Во все времена в любом государстве каждое правительство пользуется этим инструментом. Но одно дело, когда эти меры касаются отдельных личностей и призваны поддерживать порядок в стране и сохранить целостность государства, и совсем другое, когда они носят массовый характер, направлены на подавление и физическое уничтожение целых классов, социальных групп и искоренение инакомыслия. А виновность или невиновность человека, уровень ответственности определяются не в судебном заседании на основании законов, а административно, то есть группой людей (тройкой), и носят субъективный характер. Октябрьской революцией были разрушены все органы государственной власти России, в том числе и судебной, и для наведения порядка в 1917 году был запущен механизм административной власти, который был остановлен лишь в 1956 году. Причем административные наказания носили весьма серьезный характер: лишение избирательных прав, раскулачивание, принудительные работы, ссылка, арест и даже высшая мера — расстрел. В списке лишенных избирательных прав по городу Киренску из 338 человек 211 административно-ссыльных, и лишь 7 человек лишены прав по решению суда. 


Революционное движение в России возглавила Российская социально-демократическая революционная партия (РСДРП). В 1903 году на II съезде партии при выборах в руководящие органы произошел раскол, в результате которого появилось две партии: партия большевиков (сторонники В. И. Ленина) и партия меньшевиков (их противники). Меньшевики поддерживали революционную идею, но, по сути, были либералами и приверженцами реформизма. Большевики же были ярыми представителями коммунистического движения, которое предполагало изменение государственного уклада не путем реформирования капитализма, а полного слома существующего государственного уклада жизни и создание совершенно нового коммунистического государства. Жизнь при коммунизме должна была подчиняться лозунгу «От каждого по способностям, каждому по потребностям» — замечательный лозунг тоталитарного строя, характерными чертами которого является монополия государственной собственности, директивное централизованное планирование, диктатура партийно-государственной верхушки, опиравшейся на аппарат насилия и массовые репрессии. Дело в том, что способности советского человека (человека новой формации) должны были быть такими, какие требовал «текущий момент», а потребности определялись специальным органом. После съезда в аббревиатуре названия партии большевиков появилась маленькая буква «б», которая и наделала больших бед (РСДРП(б)). В 1917 году к власти пришли умные, образованные люди, прекрасно знающие, как захватить власть, и еще лучше знающие, как ее удержать, более того: что и как нужно делать, чтобы сменить уклад жизни, само мировоззрение граждан нового государства. Опора любой власти — армия, и эта опора в России была надломлена Первой мировой войной и агитаторами-большевиками. Буржуазия в результате национализации ее собственности утратила возможность оказывать финансовую поддержку прежнему правительству. Интеллигенцию назвали «вшивой» и организовали ее вынужденную эмиграцию. Таким образом, осталось два класса, управляемых партией большевиков, — рабочие и крестьяне. Одна часть рабочих была организована в отряды Красной армии, другая продолжала трудиться на заводах и фабриках, и они были готовы к решению подготовленных для них задач. Крестьянство должно было организоваться в коллективные хозяйства, удобные для управления и контроля. А в период борьбы за власть снабжать Гражданскую войну продовольствием, фуражом, лошадьми; рядовыми — Красную, Белую армии, отряды анархистов; обеспечивать продуктами питания городское население. И вот крестьяне-то оказались как раз тем слабым звеном в четко выстроенной политике укрепления власти: они не готовы были выполнить свалившуюся на них кучу задач по ряду причин. С началом мировой войны в 1914 году был увеличен сельхозналог, мобилизация в армию происходила в основном за счет трудоспособного мужского населения из деревень, что нанесло существенный ущерб крестьянским хозяйствам. Да к тому же партия эсеров (социалистов-революционеров), представлявшая в революционном движении интересы крестьянства, недовольная политикой правительства большевиков (рабочим заводы отдали, а крестьянам землю нет), участвовала в антибольшевистских выступлениях. Все эти события и факты общероссийского, государственного масштаба, как в капле воды, нашли свое отражение в истории Киренского уезда.

После февральской революции и отречения царя от престола в уезде был создан общественный Совет, в состав которого вошли представители рабочих и интеллигенции из числа политических ссыльных, военные Киренского гарнизона, поддерживающие идею государственного переустройства России. Но особых изменений в жизни еще не происходило. И только Октябрьская революция окончательно расколола общество на противоборствующие группы:


— Совет определял политическую жизнь в уезде и формировал отряды Красной армии;


— военные, которые остались верны присяге, и для них не было другого пути, как отдать жизнь за «Веру, Царя и Отечество» — Белая армия;


— отряды анархистов под предводительством Нестора Александровича Каландаришвили, к которым примкнули выпущенные из тюрем уголовники и те, кто потерял в революционной сумятице все — дом, семью, средства к существованию;


— так называемые партизанские отряды марковских и макаровских крестьян, организовавшихся для защиты себя и своих семей. Почему «так называемые»? Потому что партизанскими называются отряды, действующие в тылу врага. А в гражданских войнах тыла нет, всюду — передовая.


Столкновение революционной идеи одних, верности присяге других, возможности безнаказанно грабить третьих и необходимости защиты своего дома четвертых  вылилось на территории нашего уезда в величайшую из трагедий для любого народа – Гражданскую войну.


На Гражданской войне нет ни правых, ни виноватых, ни победителей — одни пострадавшие и герои (те, кто придет к власти). Разве не герои политические ссыльные, рабочие, солдаты, перенесшие неисчислимые страдания, отдавшие жизнь за государственное переустройство России? А возможно ли отказать в уважении солдатам и офицерам, не изменившим присяге, долгу? А как судить тех, кого революция лишила всего, а взамен оставила лишь ненависть в душах? А не спасители ли крестьяне, поднявшиеся в очередной раз на святое дело — защиту стариков, жен, детей малых? Поэтому у Гражданской войны нет точной даты окончания. Чуть стихали бои, и начиналось государственное устройство. В Киренском уезде с 20 января по 14 февраля 1920 года (с отвлечением делегатов на боевые действия) проходил первый уездный съезд Советов. На съезде из числа делегатов был избран исполнительный комитет Киренского уездного Совета (Уисполком), который провел в деревнях выборы первых сельских Советов. Таким образом, в январе-феврале 1920 года в нашем уезде была установлена власть Советов.


Правительством страны перед Советами всех уровней были поставлены первоочередные задачи: выполнение первых перспективных планов, восстановление и развитие народного хозяйства Советской республики на базе электрификации всей страны (план ГОЭЛРО) и коллективизации сельского хозяйства. Реализовать эти планы предполагалось к 1931 году. Однако решение этих задач было невозможно без установления политического единомыслия в стране, поэтому началась ликвидация политических сил, участвовавших в революции вместе с большевиками, но впоследствии не поддержавших их методы государственного строительства; активизировалась работа по пополнению рядов коммунистической партии. О первых шагах Советской власти в стране и Киренском уезде можно узнать из ежедневной газеты Киренского революционного комитета и Комитета Российской коммунистической партии «Голос Лены». Так, в передовице газеты № 9 от 4 июля 1920 года сообщается о прошедшей выездной «…сессии Революционного военного трибунала Республики, рассмотревшей в судебном открытом заседании 5-6 мая дела по обвинению командира конного сводного корпуса Думенко и его штаба в контрреволюционных действиях. Сессия постановила: командира сводного конного корпуса Думенко, начальника штаба Абрамова, начальника оперативного отдела Блехерта, начальника разведки Колпакова и начальника снабжения 2-ой бригады Кравченко лишить полученных ими от Советской власти наград, в том числе ордена Красного Знамени, почетного звания красных командиров и применить к ним высшую меру наказания — расстрелять; комендантов штаба Ямковского и Носова подвергнуть принудительным работам с лишением свободы — Ямковского на 10 лет, а Носова на 20 лет».


В 1922 году 47 руководителей партии эсеров были арестованы, 14 из них были приговорены к смертной казни.


Над меньшевиками в 1931 году был организован фальсифицированный суд, хотя организация меньшевиков (РСДРП) прекратила свое существование на территории России в 1924 году. 14 членов ЦК РСДРП были арестованы и приговорены к различным тюремным срокам.


В уезде все, кто когда-либо состоял в партиях меньшевиков и эсеров, в 1926 году при подготовке всенародных выборов были лишены избирательных прав. А в 1930-е годы этот факт явился основанием для их ареста.


Одновременно проводились агитация и прием в члены партии большевиков. Так, в четвертом номере газеты от 29 июня 1920 года было опубликовано обращение такого содержания: «Киренская организация коммунистов, желая предоставить большому числу рабочих и крестьян возможность записаться в члены Киренской организации коммунистов, устраивает неограниченную запись. Товарищи, не стесняйтесь незнания программы, записавшись в организацию, вы ознакомитесь с ней. В период классовой борьбы нельзя оставаться беспартийным, можно быть только белым или красным. Беспартийным называет себя тот, кто скрывает свою ненависть к Советской власти. Кто стоит за победу рабочих и крестьян, тот не может не быть коммунистом».


С решением остальных задач было много сложностей. «Наладить земледелие, промышленность, пути и средства сообщения никакая власть не в силах сразу. Чудес Советская власть никому не обещала. Она всегда говорила и говорит, что сбросить с народа ярмо помещиков и капиталистов, значит сделать только меньшую половину дела. Мы теперь свободны устраивать жизнь по-новому, по-трудовому, но еще только приступаем к этому устроению. Нужен неустанный, упорный, дружный труд миллионов тружеников — горнорабочих, учителей, инженеров, врачей, счетоводов и прочих и прочих, чтобы наладить производство предметов первой необходимости и правильное распределение их между нуждающимися. Этот планомерный, согласованный труд миллионов людей и старается организовать Советская власть. Плоды ее усилий явятся не сразу, не в неделю, не в месяц, и даже не в год. Что мы сработаем сообща — будет наше».


Самой большой проблемой была нехватка специалистов для работы в учреждениях, на заводах и фабриках, в сельском хозяйстве, в армии. Советы возглавили люди, не имеющие ни знаний, ни малейшего опыта той сложной работы, которую им доверили, хотя вся их деятельность была «…предрешена законоположениями, принятыми всероссийскими съездами Советов и обязательными для них точно так же, как и для всей территории республики», — отмечал в отчетном докладе Н. А. Алексеев на втором уездном съезде Советов 9 июня 1920 года. «Наши Советские уездные учреждения страдают без людей и не только потому, что действительно нет людей. Деревня могла бы дать работников, знакомых с местными условиями, кровно с нею связанных и не собирающихся покидать края. Но те ценные работники, которых можно было бы извлечь из деревни, крайне неохотно покидают свое хозяйство для общественной службы по выборам. Как ни почетно звание народного выборного, но оторваться от своего хозяйства на полгода, подвергая его расстройству, а семью материальным лишениям, согласятся лишь очень немногие. Мы же должны рассчитывать не на каких-нибудь подвижников, которых нигде не сыщешь, а на средних людей, вовсе не расположенных жертвовать собой ради общего блага».


Новая экономическая политика (НЭП) пришла на смену «военному коммунизму». Замена продовольственной разверстки продовольственным налогом, использование различных форм собственности и привлечение иностранного капитала быстро привели к восстановлению разрушенного войной хозяйства. В Киренске часть национализированных пароходов Глотова была передана в аренду английской концессии «Лена-Гольтфильд». Но в 1924 году Сталин посчитал НЭП отступлением от коммунистических идей, и экономическая политика, которая принесла свои положительные плоды, была свернута, ликвидировались синдикаты и концессии, административно был вытеснен иностранный капитал. Наступил период принудительных работ.


С 1924 года на строительстве заводов, фабрик, гидросооружений, в горнодобывающей промышленности, лесозаготовке стал использоваться бесплатный принудительный труд — один из видов административного наказания. Таким образом, к 1931 году каторжным трудом арестованных был выполнен план ГОЭЛРО не за пятнадцать лет, как предполагалось, а за десять.


Что касается коллективизации, то и тут шло не все гладко. Первые коммуны были созданы в 1920 году «В селе Красноярово, Марковской волости, три семьи в количестве более 20 человек организовались в коммуну». «В деревне Балашево Макаровской волости организовалась сельскохозяйственная коммуна под наименованием "Пахарь" из четырех семейств, количеством 26 человек взрослых и детей. Выработан Устав, который подан в партком на утверждение». «В нашем уезде местами начинают образовываться сельскохозяйственные коммуны. Почин исходит от самих местных крестьян, а не от пришлого городского люда, как часто бывало в Европейской России, и в этом обстоятельстве можно видеть залог успеха столь нового у нас начинания. Несомненно, наши новорожденные коммуны встретят много затруднений даже в своей собственной среде, не говоря уже о насмешках и порицаниях со стороны окружающих. По недостатку опыта они будут делать ошибку за ошибкой, некоторые из них, быть может, не выдержат испытания и распадутся. Но не ошибается только тот, кто ничего не делает. Терпение и труд все перетрут». Первые коммуны, действительно, распались. Были предприняты попытки создания сельскохозяйственных артелей, ТОЗов (товарищество совместной обработки земли), но и они, несмотря на лишение прав, высылку, раскулачивание, индивидуальное обложение, закончились неудачей. Единоличными хозяйствами было сложно управлять. Для контроля за ними необходимо было содержать большой аппарат, крестьяне отказывались от продразверстки — не помогали ни уговоры, ни запугивания.


«Самому отсталому рабочему, самому темному крестьянину — никому не придет в голову, что можно обойтись без воинской повинности, оставив государство беззащитным. Мы безропотно отдаем на службу родине наше драгоценное состояние — наших детей. Но когда наша рабоче-крестьянская власть заявляет нам, что для содержания Красной армии нужны хлеб, мясо и другие продукты, и требует их от нас, мы как будто приходим в недоумение. Мы даем для военной службы сыновей, братьев, мужей. Но скотина для нас как будто дороже. Уделить часть скота для Красной армии нам крайне тягостно.


Крестьяне нескольких волостей нашего уезда постановили на волостных сходах отказаться от разверстки скота. Постановления приняты небольшим большинством голосов. Чем скорее они будут пересмотрены, тем лучше. Отказаться от выполнения тягостной, но необходимой государственной повинности, воображая, будто наш уезд составляет какое-то исключение из общего правила и может, если ему вздумается, не подчиняться общим распоряжениям государственной власти — значит попросту лезть на рожон».


«Тяжелое продовольственное положение уезда, незначительность подвоза хлеба извне и плохие надежды на увеличение этого подвоза в ближайшем будущем требуют принятия самим населением мер, которые хоть сколько-нибудь облегчили бы бедствие и помогли особенно нуждающимся перебиться до осени. Голод — плохой советчик, и если те крестьяне, у которых имеются избытки хлеба, не придут на помощь голодающим, неминуемо возникнут осложнения. Лучше не доводить до беды, не то "пришла беда — отворяй ворота", начнутся беспорядки, насилия, и от них первыми пострадают те, кому есть что терять».


В 1929 году был принят Закон  о землеустройстве, по которому все сельскохозяйственные земли единоличники должны были передать в коллективные хозяйства, которые тут же и создавались. В Киренском уезде с осени 1929-го и до весны 1930 годов все эти работы были проведены. По состоянию на первое марта 1930 года в Усть-Кутском районе было организовано 28 коммун; в Киренском, Преображенском и Казачинском районах — 40 колхозов, 1 сельхозартель, 5 ТОЗов. Коллективизация состоялась. О реакции крестьян на это событие можно узнать из протокола общего собрания граждан деревни Чертовской с участием землеустроителя Н. Я. Романова: «29 сентября 1929 года на общем собрании граждан деревни Чертовской при обсуждении вопросов по внутриселенному разверстанию земли гражданин Кулебякин Михаил Борисович выступал в прениях по касающимся вопросам и в своих предложениях проявлял резкие выступления по отношению к законам Советской власти, не соглашался ни с какими вопросами, касающимися проведения землеустройства, говоря, что со стороны власти есть насилие, что нечего обсуждать вопросы на нашем собрании, когда власть наши постановления тут же на собрании опровергает, а нас только напрасно собирает провожать время. Советская власть ничего хорошего не делает, кроме худого, она совсем крестьянина задавила и ограбила».


И вот как будто все поставленные задачи выполнены, и можно государству крепнуть и развиваться, а народу жить в радости и достатке, но неурожай 1932 года привел к массовому голоду в Поволжье, Украине, на Северном Кавказе, других областях. В Киренском районе голода не было, спасала картошка, но люди недоедали, и постоянно присутствовал страх голода. Недовольство властью вспыхнуло с новой силой, и наводить порядок стали уже не административные отделы, а объединенное государственное политическое управление (ОГПУ). 5 декабря 1933 года заместитель начальника Киренского оперативного сектора ОГПУ в своей информации председателю райисполкома сообщал: «В деревне Макарово Хорошев — зажиточный, засмеялся, говоря, что он доволен, если и в нынешнем году колхозники будут голодные, скорее что-нибудь да будет. Нам говорили, что вот пройдет первая пятилетка, будет хорошо, а вот уже вторая пятилетка, хорошего ничего нет, кроме разорения».


Начались «голодные бунты». Нависла реальная угроза власти, притом, что в стране к этому времени в руководстве появились молодые, сильные лидеры, которые предлагали другой путь развития государства. И в качестве очередного инструмента, способного поддержать и укрепить власть, в 1934 году создается Главное управление исправительно-трудовых лагерей, трудовых поселений и мест заключения (ГУЛАГ), которое действует до 1956 года. Система ГУЛАГ состояла из множества исправительно-трудовых лагерей и зон для «врагов народа» — Карлаг (Карагандинский ИТЛ), Дальстрой (Дальневосточный ИТЛ), Беломорско-Балтийский, Воркутинский, Норильский, УСЛОН (Соловецкий), АЛЖИР (лагерь жен изменников Родины). Наша территория входила в состав ВосСибЛага. Экономическая мощь страны создавалась непосильным бесплатным трудом заключенных. Арестовывали людей по подозрению в возможной будущей нелояльности к режиму, по доносам осведомителей и секретных агентов. Однако страх утраты власти вынуждал руководство страны принимать еще более суровые меры, тем более, что страх этот внушали события, происходившие в стране. Начальник Киренского районного отдела УНКВД в своей докладной от 4 февраля 1938 года сообщал председателю райисполкома о том, что «в сельхозартели "Сибиряк" деревни Никулиной Алымовского сельского Совета 11 колхозников подали заявления о выходе из колхоза, дисциплина в колхозе расшаталась, из 40 трудоспособных на работу выходят только 8-10 человек». За выработанные трудодни колхозники почти ничего не получали, кормились только за счет своего хозяйства, оплата труда в промышленности тоже была очень низкой. И снова за дело берутся «тройки», проводятся массовые аресты, выносятся приговоры по 58 статье  без права переписки, которые не оставляют  никому никакой надежды.


В годы Великой Отечественной войны законы были еще более ужесточены военным временем. Подобранный на поле колосок, опоздание на работу на 15 минут, селедка, завернутая в газету с портретом вождя, и другие подобные «преступления» стоили нескольких лет жизни провинившемуся.

Война окончилась, вернулись домой с победой герои, а там их ждали разруха, нищета, голод и забвение. Боевые командиры, имеющие четырехлетний опыт командования армиями, фронтами, прошедшие через потери, поражения, ранения и победы, оказались не у дел. Армия победителей возвратилась в свою страну, а страна не готова была их принять. Начался очередной виток арестов и расстрелов: сначала высших чинов в столице, а затем и рангом пониже — в регионах. Подавляется воля и насаждается страх, страна живет не по законам, а по Указам.  2 июня 1948 года издается Указ Президиума Верховного Совета СССР — еще один акт устрашения, на основании которого происходило выселение людей за пределы области по приговору общего собрания коллектива, членом которого человек был или не был. К 30 августа 1948 года на собраниях колхозников было вынесено 20 приговоров о выселении и 42 предупреждения о возможном выселении, что принесло свои плоды: за это же время «… в колхозы района вступило добровольно 38 семейств».


В 1952 году в стране прошли районные, областные партийные конференции, многие делегаты не вернулись домой с этих конференций. На областных конференциях были избраны делегаты на ХIХ партийный съезд, который получил название «съезда расстрелянных», т. к. большинство делегатов было арестовано и расстреляно. В память о тех событиях в нашем городе появилась улица имени «ХIХ партсъезда». После смерти И. В. Сталина количество арестов сократилось, но система еще действовала до 1956 года. На ХХ съезде КПСС произошел отказ от проводившейся политики, осужден так называемый культ личности Сталина, после этого началась реабилитация жертв репрессий.



Н. Анкудинова

16.07.2017